Казахстанец с дальтонизмом построил бизнес на необычных чапанах, которые покупают в Европе и США
Выпускник «Сорбонна-Казахстан» Диас Чапай запустил бренд Tamyr без профильного образования и крупных инвестиций. Имея легкую форму дальтонизма, он сфокусировался на крое и плотных тканях, создав казахские чапаны и худи, которые сегодня покупают по всему миру.
Digital Business узнал у Диаса, как юношеское увлечение сделало его коммерческим фотографом, почему простой разговор с другом запустил бренд Tamyr и как делать бизнес на «чилле».
«На фотосъемке иногда зарабатывал больше 1 млн в месяц»
— Диас, расскажите о себе.
— Мне 28 лет. Родился в селе недалеко от Павлодара. Школу окончил в 16 лет, после поступил в ЕНУ им. Гумилева в Астане на специальность «Международные отношения».
Затем переехал в Алматы и окончил магистратуру в институте «Сорбонна-Казахстан» на базе Казахского национального педагогического университета имени Абая. Уже во время учебы начал неплохо зарабатывать коммерческой фотографией.
— Когда и как увлеклись фотографией?
— В старших классах мне подарили зеркальную камеру Canon 70D. По тем временам она стоила около $1 тысячи. Никаких курсов по фото не заканчивал, учился по видео на YouTube и просто развивал насмотренность, изучая работы понравившихся мне фотографов.
При этом у меня легкая форма дальтонизма. Он со мной с самого начала, еще со времен первых шагов в фотографии.
В дизайне одежды это скорее помогает. Смотрю на вещи через призму кроя, фактуры ткани и как сидит силуэт. Для меня принципиально важны плотность материала, минимализм и точные детали, а не попытка перегрузить вещь цветом.
— Где работали до запуска своего дела?
— После учебы попытался наладить режим дня и выстроить понятный график. Для этого устроился администратором в фотостудию, но уже через месяц понял, что офисный формат не для меня. Вернулся к работе фотографа на фрилансе.
В магистратуре у меня была повышенная стипендия в 77 тысяч тенге. Благодаря этому взял в рассрочку хорошую технику и постепенно вышел на стабильный заработок в 500 тысяч тенге в месяц. Иногда выходило и больше миллиона.
«Хотелось сделать не музейную национальную одежду, а стильные казахские вещи на каждый день»
— Как появилась идея заняться пошивом казахских чапанов и этно-одежды?
— Можно сказать, спонтанно. Работа в фотографии приносила доход, но так как я люблю путешествия, то хотелось зарабатывать больше.
И как-то раз в разговоре с другом поделился, что ищу новое дело ради большего заработка. На его вопрос: «Чем именно хочешь заниматься?», ответил: «Наверное, делать одежду». Мне всегда нравилось стильно одеваться, а тем более создавать вещи для людей. Друг ответил: «Ну так делай».
На следующий день быстро нарисовал первый эскиз чапана, и, не откладывая, пошел в ателье, где можно было проконсультироваться и начать шить.
— Почему выбрали именно чапаны и казахскую одежду?
— Захотелось переосмыслить казахский культурный код и адаптировать его под современную жизнь. В названии Tamyr заложено два смысла: это и корень, и древняя казахская традиция Тамырласу, когда чужие по крови люди становятся близкими, как семья.
Я заметил, что в той же Японии традиционная одежда, вроде хакама, органично вписывается в уличную моду. Мне хотелось сделать не музейную национальную одежду, а стильные казахские вещи на каждый день. Первым в голове родился именно удобный и выразительный чапан.
— Откуда взяли деньги на старт и во сколько это обошлось?
— У меня были накопления — примерно $1,5 тысячи. С пошивом помогла знакомая алматинская швея, с которой ранее пересекался по личным вопросам. После объяснения ей идеи и демонстрации эскиза договорились, что она сошьет первый образец чапанов.
Задачи построить бизнес перед собой не ставил, хотелось просто делать качественный продукт. Но когда увидел готовый эскиз чапана, понял, что он точно зайдет людям, и сразу заказал 50 штук. Подумал: даже если в ноль или минус уйду, раздам эту партию своим родным и друзьям.
На закупку материалов ушло порядка 700 тысяч тенге. За тканью для первой партии поехал на рынок «Арлан» в Алматы, но не нашел там нужного цвета. Поэтому на следующее утро отправился в Бишкек на рынок «Мадина», где был огромный выбор и отличные цены.
— Как удалось продать первую партию и понять, что можно продолжать?
— Кроме идеи сделал ставку на создание качественного визуального контента, учитывая мой опыт в фотографии. Продумал концепцию съемки, привлек друзей, стилистов и моделей, отснял серию карточек и запустил проморолики в Instagram.
Первая партия в 50 чапанов распродалась чуть ли не за неделю. Высокий спрос и резко выросшая до 3 тысяч подписчиков аудитория стали подтверждением востребованности продукта и подтолкнули к пошиву более крупной партии в 100 чапанов.
«Принципиально хотелось отшить вещи идеального качества»
— Как развивали бизнес дальше?
— Вслед за чапанами захотелось сделать лимитированные коллекции под конкретные сезоны. Сначала добавил жилетки-шопперы и шорты, а потом широкие брюки-хакама и современные күләпара — наши традиционные капюшоны-башлыки, которые адаптировали под городской стиль в виде стильных съемных капоров.
Дропы выпускаем под казахскими названиями, например, «Көктем» или «Жаз», чтобы через язык подчеркнуть связь времен и традиций.
Первый год работал из дома, но постепенно коробки с тканями заняли все свободное место. Тогда пришлось снять единое помещение под офис, склад и шоурум, куда клиенты сейчас могут прийти на примерку.
Параллельно с розницей появились крупные корпоративные клиенты. Известные казахстанские ИТ-компании и международные бренды начали заказывать мерч и национальную одежду для своих сотрудников.
— Где покупаете ткани и из чего складывается качество ваших вещей, например, тех же худи?
—Ткани привожу в основном из Бишкека или лечу за ними напрямую на рынки в Гуанчжоу, где выбор несравнимо больше, чем в Казахстане. Для наших худи наткнулся на хлопок плотностью 525 грамм на китайской фабрике, которая производит ткани для Adidas и Nike.
Чтобы вы понимали, для обычных толстовок используют ткани плотностью 300–350 грамм, а 525 грамм — это тяжелое и фактурное полотно, держащее форму годами.
Себестоимость пошива одной вещи вышла в районе 47 тысяч тенге при розничной цене 55 тысяч, так что заработал на этой партии совсем немного.
Турецкие или местные ткани вышли бы намного дешевле, но на тот момент принципиально хотелось отшить вещи идеального качества. Влюбился в этот материал с первого взгляда, поэтому пошел на риск и маленькую маржу ради крутого продукта.
— Расскажите про экономику вашего проекта: сколько зарабатываете и как устроена цепочка производства?
— Сначала рисую эскиз, отшиваю первый тестовый образец в Алматы и проверяю посадку. Когда лекала утверждены, еду за материалами в Бишкек или лечу в Гуанчжоу, после чего отдаю на производство.
Делаю обычно от 1 до 3 дропов в год, поэтому между запусками проходит в среднем около полугода. На отшив партии уходит порядка 10 млн тенге, а чистая прибыль составляет около 5 млн. Если разделить эту сумму по месяцам до следующего запуска, получится мой ежемесячный доход.
Еще осталась финансовая подушка с коммерческих фотосъемок. К тому же купил квартиру в Алматы, поэтому на аренду не трачусь. У меня нет семьи и детей, а самому много и не надо. Проект Tamyr дает свободу: выделил часть прибыли с проданного дропа и спокойно уехал в путешествие.
«Значительная часть вещей уходит за рубеж — в Европу и Америку»
— Как выстроена работа с производством сейчас? Чем отличаются местные цеха в Алматы от фабрик в Бишкеке и Гуанчжоу?
— Когда объемы выросли, стало понятно, что алматинское ателье физически не справляются с моими темпами, а держать собственный крупный цех дорого. Поэтому производство решил разделить: сложные вещи или небольшие срочные партии отшиваю в Алматы, а основные объемы отдаю на фабрики в Бишкек.
За крупными и сложными тканями под свои коллекции летаю в Китай. Поездка в Гуанчжоу открывает другой уровень возможностей, так как там можно найти уникальные составы фурнитуры и полотна, которых в Центральной Азии просто не существует.
Конечно, удаленный контроль превращается в головную боль. Если стоять над душой у мастеров на месте в Алматы, брак заметен сразу. На китайские фабрики приходится отправлять детальные технические задания, выверять каждый лекальный узел и закладывать процент на отбраковку, чтобы готовая партия приехала в идеальном состоянии.
— Как выстроены продажи и кто покупает вещи Tamyr?
— Основным каналом продаж с самого начала остается Instagram, куда выкладываю все анонсы и провожу съемки новых лимитированных коллекций. У меня нет жесткого портрета аудитории, так как одежда задумывается максимально универсальной по крою и гендеру, чтобы ее носили люди самых разных возрастов и профессий.
Значительная часть вещей уходит за рубеж — в Европу и Америку, где ценится ручная работа и современные этнические мотивы. Несмотря на рост тарифов на международную авиапочту, объемы поставок за границу остаются стабильными, так как спрос на уникальный продукт сохраняется.
А для тех клиентов, кому важно перед покупкой потрогать ткань руками и примерить разные размеры, открыл офис-склад в Алматы, который работает как рабочее пространство и шоурум по предварительной записи.
— Вы много путешествуете. Как поездки по миру влияют на вашу жизнь и на создание бренда?
— Путешествия для меня — источник энергии и свежих идей. Все началось еще в детстве, когда мама уезжала по работе в Китай, друзья тоже куда-то ездили. Тогда у меня появилась цель увидеть мир. Объездил на байках разные страны, был в экспедициях по Монголии, заезжал в самые разные уголки планеты.
Каждая поездка дает толчок для творчества. Во время путешествия по Марокко ходили по местным мастерским, где ткут традиционные ковры, и это вдохновило меня на работу с фактурами и плотными материалами вроде войлока.
Там же произошел запоминающийся случай: заехали в одну деревню поснимать документалку, зашли поздороваться с местными жителями, а они оказались владельцами плантаций по выращиванию наркотиков. Даже показали нам свою лабораторию, после чего мы быстро уехали.
Вообще по жизни я больше на чилле, не стремлюсь построить корпорацию любой ценой. Создание одежды для меня остается продолжением моего образа жизни и хобби, которое приносит удовольствие, а не каторжный труд.
«Не стоит ждать огромных бюджетов или идеальных условий»
— Каким видите будущее бренда Tamyr? Куда планируете расти дальше?
— Хочу и дальше развивать концепцию лимитированных дропов. Не вижу смысла превращать марку в массмаркет с огромными тиражами, где теряется индивидуальность. Ставка остается на качество, интересные ткани и казахский культурный код в современной обработке.
Параллельно развиваю направление B2B-заказов в рамках Tamyr X (отдельный проект, где отшиваем брендированную одежду и спецсерии для корпоративных клиентов). В рознице продолжу выпускать сезонные коллекции с новыми позициями вроде белдемше (традиционная казахская распашная юбка).
— Что бы посоветовали тем, кто хочет запустить свой проект, но сомневается из-за отсутствия профильного опыта?
— У меня самого не было профильного образования, но если есть идея и видение, отсутствие диплома не должно останавливать. Все навыки нарабатываются на практике.
Не стоит ждать огромных бюджетов или идеальных условий. Лучше начать с небольших накоплений, сделать первый простой образец, проверить спрос и сразу вложиться в качественную визуальную подачу. Понимание стиля, и качественный контент работают намного лучше сложных бизнес-планов.