В недавней статьи Bloomberg авторы утверждают, что крупнейшие российские бизнесмены массово выводят деньги за границу, опасаясь растущих экономических рисков внутри страны. Часть капитала, говорится в материале, уходит не только в Европу и ОАЭ, но и к нам. Специально для Digital Business известный экономист Рахимбек Абдрахманов объяснил, может ли эта «волна» повлиять на Казахстан в целом, курс тенге и рынок недвижимости в частности.
Куда пойдут цены на недвижимость в Казахстане
На фоне новостей об исходе капитала из России казахстанский рынок недвижимости продемонстрировал рост активности. Рахимбек Абдрахманов заручился официальной статистикой и поделился наблюдениями риелторов за июнь 2026 года.
«Рынок недвижимости Казахстана вновь демонстрирует признаки оживления. По данным Бюро национальной статистики, в июне 2026 года в стране было зарегистрировано 39 053 сделки купли-продажи жилья, что сразу на 28,4% больше, чем месяцем ранее. Рост сделок зафиксирован во всех регионах страны, а наибольшую активность традиционно показали Алматы и Астана. Особенно резко продажи выросли в Мангистауской области - сразу на 67,4% по сравнению с маем.
По словам риелторов, с начала лета количество запросов на покупку недвижимости от граждан России выросло почти вдвое, а в Актау - в несколько раз по сравнению со всем прошлым годом. При этом важно отметить, что эти оценки основаны на мнениях участников рынка, тогда как официальная статистика не раскрывает, какая доля июньских сделок пришлась именно на покупателей из России», - подчеркивает наш собеседник.
Что гонит покупателей в Казахстан
По мнению эксперта, за текущим всплеском интереса стоят серьезные опасения россиян относительно нового витка мобилизации и общего ухудшения ситуации внутри страны.
«Часть аналитиков не исключает, что после сентябрьских выборов в Государственную думу российские власти могут прибегнуть к дополнительным мерам для восполнения потерь личного состава, включая новую волну мобилизации.
Один из наиболее цитируемых западных экспертов по российской экономике войны, исследователь Германского института международных отношений и безопасности Янис Клюге, отмечает существенное замедление темпов набора контрактников. Согласно его расчетам, в первом квартале 2026 года российская армия привлекала около 800 новых контрактников в день - это самый низкий показатель за последние три года. При этом размеры единовременных выплат за подписание контракта продолжают расти, что может свидетельствовать о возрастающих трудностях с набором добровольцев.
На этом новостном фоне часть россиян стремится заранее диверсифицировать активы, приобрести недвижимость за рубежом и подготовить альтернативные варианты проживания», - объясняет специалист.
Почему в Казахстан?
Тут все просто: близость границ, отсутствие языкового барьера и понятные условия социализации.
«Учитывая постепенное ухудшение социально-экономической ситуации в России, усиление санкционного давления, регулярные атаки на объекты инфраструктуры, а также сохраняющуюся неопределенность вокруг возможной новой волны мобилизации, можно предположить, что спрос со стороны российских покупателей на недвижимость в Казахстане в ближайшие месяцы останется повышенным», - говорит собеседник.
Стоит ли казахстанцам держать рубли
Отдельное внимание эксперт уделил вопросу накоплений в российской валюте. Рахимбек Абдрахманов дает категорический совет.
«Не стоит держать значительную часть долгосрочных сбережений в рублях. Рубль остается валютой с повышенными рисками из-за сохраняющейся геополитической неопределенности. При ослаблении рубля на 10-20-30% его стоимость по отношению к тенге, доллару и другим валютам снижается примерно на ту же величину, что приводит к соответствующему уменьшению стоимости рублевых накоплений при их обмене. Поэтому рубли целесообразно оставлять лишь для текущих расходов, связанных с поездками или расчетами с Россией, а все долгосрочные накопления диверсифицировать между более устойчивыми валютами», - рекомендует специалист.
Вернется ли паритет 5 тенге за рубль
Касательно курса российской валюты и ее традиционного соотношения с тенге экономист уверен, что крепкий рубль в нынешних реалиях - явление временное.
«Вероятность того, что рубль надолго удержится в диапазоне 75 - 80 RUB/USD, выглядит невысокой. Анализ динамики последних пяти лет показывает, что столь сильный курс рубля наблюдался лишь при сочетании нескольких факторов: крайне жесткой денежно-кредитной политики Банка России, валютных ограничений и высоких экспортных поступлений.
Более устойчивым диапазоном для российской валюты в последние годы был 85 - 100 RUB/USD, при этом отметка выше 100 рублей за доллар уже неоднократно достигалась без возникновения системного финансового кризиса. В отличие от конца 2024 года, когда доллар кратковременно превышал 100 рублей (пик около 102 RUB/USD), сегодня формируется менее благоприятная фундаментальная картина», - объясняет специалист.
Что играет против рубля и тенге
Абдрахманов называет ряд внешних факторов.
«Во-первых, сохраняется высокая вероятность принятия в США обновленного законопроекта о санкциях, подготовленного сенатором Линдси Грэмом, который предусматривает жесткие вторичные меры против стран и компаний, продолжающих закупать российские энергоносители.
Кроме того, Европейский союз в ближайшее время может согласовать 21-й пакет санкций, направленный на дальнейшее ограничение деятельности российских банков, нефтетрейдеров, «теневого флота» и компаний, связанных с военно-промышленным комплексом», - говорит экономист.
К внешнему давлению добавляются инфраструктурные риски и зафиксированный Центробанком РФ спад деловой активности. В совокупности эти процессы, по мнению спикера, неизбежно скажутся и на курсе тенге.
«Следующим негативным фактором является то, что Украина продолжает наносить удары по энергетической и логистической инфраструктуре России, создавая дополнительные риски для экономики страны. На фоне этого в России видны признаки резкого замедления деловой активности. Это подтверждают и последние данные Банка России. Например, в июльском мониторинге предприятий индикатор бизнес-климата снизился до минимального значения с середины 2022 года, причем наиболее заметное ухудшение наблюдается в добывающей отрасли, транспорте и сфере услуг.
Если текущие тенденции сохранятся и будут усиливать друг друга, то постепенная девальвация тенге и возврат пары тенге/рубль к уровню около 5 тенге представляются наиболее вероятным сценарием», - прогнозирует специалист.
Массовый приток рублей Казахстану не нужен
Абдрахманов утверждает, что массовый приток рублевой ликвидности создает для финансовой системы Казахстана прямые девальвационные и инфляционные риски.
«Если основным источником капитала по-прежнему будут рубли, которые будут массово обмениваться на тенге, а затем направляться на покупку недвижимости, активов и открытие бизнеса, это скорее негативный сценарий.
В этом случае в казахстанской экономике будет увеличиваться объем рублевой ликвидности, а вместе с ним - зависимость от состояния российской экономики. При последующей девальвации рубля возрастут риски обесценения этой денежной массы и усилится влияние российских валютных шоков на Казахстан.
Напомню, что в 2025 году обороты рубля на казахстанской бирже KASE почти сравнялись с узкой денежной массой (M1) страны и превысили 7,5 трлн тенге. За последние 5 лет оборот рубля на KASE вырос в 35 раз - с 218 млрд тенге в 2021 году до почти 7,8 трлн в 2025-м, превратившись из периферийного инструмента в один из центральных каналов региональных расчетов», - говорит собеседник.
Другая сторона. Почему евро для нас лучше
Приток капитала в свободно конвертируемых валютах, напротив, способен дать экономике сильный импульс без разрушительного давления на платежный баланс.
«Если же властям удастся создать условия, при которых инвестиции из России будут поступать в Казахстан преимущественно в твердых валютах (долларах США, евро, юанях и других резервных валютах), ситуация будет выглядеть значительно более благоприятной. Разница принципиальна.
Приток капитала неизбежно стимулирует строительство жилья и коммерческой недвижимости, открытие новых предприятий, расширение торговли и сферы услуг. Все это сопровождается ростом импорта от строительной техники до ПО, оплачиваемых преимущественно в долларах США, евро или юанях.
Если первоначальные инвестиции поступают именно в этих валютах, они фактически финансируют будущий импорт и не создают дополнительного давления на платежный баланс. Если же капитал приходит преимущественно в рублях, для оплаты необходимого импорта экономике все равно придется покупать свободно конвертируемую валюту на внутреннем рынке, что увеличивает спрос на нее, ухудшает платежный баланс и оказывает дополнительное давление на курс тенге. Этот момент очень важно понимать и держать в голове», - объяснил экономист.
«Торгаши-посредники нам тут не нужны»
Оценивая перспективу создания новых рабочих мест, Рахимбек Абдрахманов отмечает, что формально низкий уровень безработицы скрывает глубокий дефицит высокопроизводительных вакансий.
«На эту проблему неоднократно обращали внимание и международные организации, включая ОБСЕ, отмечая разрыв между занятостью и качеством создаваемых рабочих мест. Поэтому ключевой вопрос заключается не в количестве компаний, которые переедут, а в том, какие именно компании придут в Казахстан», - подводит специалист.
Абдрахманов добавляет, что решающим фактором станет способность государства привлечь высокотехнологичный бизнес, а не просто посредников и торговые структуры.
«Если в Казахстан будут приходить компании уровня inDrive, крупные разработчики программного обеспечения, инженерные центры, R&D-подразделения, производители электроники, компонентов, медицинских технологий и другого высокотехнологичного бизнеса, которые предложат рынку конкурентные зарплаты и современные условия труда, то такой приток станет серьезным преимуществом для страны.
С одной стороны, это повысит производительность и налогооблагаемую базу, а с другой — позволит удержать часть талантливой молодежи и специалистов, которым сегодня нередко приходится искать лучшие карьерные возможности за рубежом.
Если же в Казахстан будут переноситься в основном торговые, посреднические или бэк-офисные функции без создания новых производств и центров разработки, положительный эффект для экономики окажется значительно более ограниченным. Повторю, что значение имеет не количество переехавших компаний, а их качество», - говорит специалист.
Какие проблемы импортирует Казахстан
Происходящее в России перестает быть исключительно локальной проблемой соседей. С временным лагом эти события способны превратиться в суровый экономический вызов для нашей страны, говорит собеседник.
«Главный риск заключается в том, что Казахстан может оказаться в ситуации, когда сразу несколько негативных факторов усилят друг друга: дефицит топлива будет разгонять инфляцию, девальвация рубля - оказывать давление на тенге, а перебои с экспортом нефти - сокращать валютную выручку страны. Такое сочетание способно одновременно ухудшить состояние платежного баланса, ускорить рост цен и еще больше ухудшить положение домохозяйств и МСБ», - констатирует специалист.
Риск 1: Дизельный голод и нелегальный вывоз ГСМ
В особой зоне риска оказывается казахстанский рынок топлива. Экономист приводит данные международных агентств, указывающие на масштабные повреждения российской нефтепереработки.
«По данным Reuters, после июльских атак около 40% нефтеперерабатывающих мощностей России оказалось выведено из эксплуатации как минимум на несколько месяцев. Украинский Генеральный штаб, в свою очередь, заявляет о поражении 42,7% проектной мощности российских НПЗ. По оценкам отраслевых аналитиков, в июне переработка нефти в России снизилась примерно до 3,9–4,0 млн баррелей в сутки - это примерно на 25% ниже, чем годом ранее, и является минимальным уровнем более чем за два десятилетия.
В этом контексте одним из наиболее вероятных сценариев становится длительный простой значительной части российских нефтеперерабатывающих мощностей. В этом случае Казахстан неизбежно столкнется с давлением на внутренний рынок ГСМ. В условиях разрастающегося дефицита топлива в России спрос на казахстанские нефтепродукты может увеличиться кратно, а сохраняющаяся разница в ценах может стимулировать как официальный экспорт, так и нелегальный вывоз топлива через границу.
Это, в свою очередь, создает риски роста внутренних цен и локального дефицита топлива в Казахстане. Если государство не сможет сохранить жесткие экспортные ограничения и обеспечить эффективный контроль за трансграничными поставками, ситуация может приобрести крайне серьезный характер», - предостерегает Рахимбек Абдрахманов.
Риск 2: Валютное давление и разгон инфляции
Второй существенной угрозой для рынка становится трансграничная передача валютных шоков.
«Ослабление российской экономики и возможная девальвация рубля с высокой вероятностью окажут давление и на тенге, что, в свою очередь, способно ускорить и без того сохраняющуюся высокую инфляцию», - говорит собеседник.
Риск 3: Танкерный кризис в Черном море и угроза экспортной выручке
Это транзитная зависимость Казахстана, где критической точкой выступает инфраструктура Каспийского трубопроводного консорциума.
«Более 80% экспорта казахстанской нефти осуществляется через систему Каспийского трубопроводного консорциума, проходящую по территории России. Любые перебои в работе этого маршрута напрямую отражаются на экспортных доходах Казахстана.
Уже сегодня Казахстан временно приостановил прокачку нефти к морскому терминалу КТК в районе Новороссийска. Причиной стала серия атак на танкеры в акватории Черного моря, из-за которых часть судоходных компаний отказывается направлять суда в этот регион. Если подобные риски сохранятся, Казахстан может столкнуться не только с логистическими ограничениями, но и с сокращением экспортной выручки и дополнительным давлением на платежный баланс и курс национальной валюты», - заключил Рахимбек Абдрахманов.