Digital Business совместно с Yandex Qazaqstan запустил проект «20 до 20: лидеры нового поколения Казахстана» . В нем рассказываем истории ребят, которые уже добились значительных успехов в ИТ-сфере: построили свой стартап, получили работу в большой компании, подготовили научное исследование на тему технологий или поступили в один из лучших университетов мира.
Открывает цикл Дамир Искаков из Алматы. Парень увлекся технологиями еще в 13 лет, а свой первый стартап создал в 10-м классе. После окончания РФМШ продолжил запускать собственные проекты. К примеру, его Vetra AI получил инвестиционный оффер с оценкой в $8 млн.
Сейчас Дамир развивает стартап Pragma, который строит ИИ-инфраструктуру автоматизации для бизнеса. В первый месяц работы MRR компании составил $85 тысяч. Также парень преподает автоматизацию в nFactorial, работает ИИ-инженером в фонде Alem.AI Endowment и параллельно запускает еще один продукт.
Специально для Digital Business Дамир рассказал, почему отказался от инвестиций и закрыл Vetra AI, как пришел к преподаванию и каким научным исследованием занимается сейчас. Поговорили также о нынешних проектах, тайм-менеджменте и бонусах молодости.
«В моем возрасте важно получить опыт и быстро идти дальше»
– Дамир, когда увлеклись ИТ и стартапами?
– Заниматься собственными проектами начал еще во время учебы в РФМШ. В 10-м классе создал RatingKZ – платформу для выбора образовательных учреждений. Начиналось все как школьный проект, однако позже стали участниками акселерационной программе Jas Ventures и получили поддержку от центра American Space & Maker Space. Несмотря на определенные успехи, стартап закрылся, однако я захотел создавать что-то более сложное. Так, в марте 2025 года вместе с Естаем Есенбаем запустил Vetra AI.
– Что предлагал этот стартап?
– В первой версии это был ИИ-секретарь, который автоматически превращал сообщения, файлы и голосовые заметки в задачи, встречи и напоминания, синхронизируя их с календарем. Удалось набрать несколько сотен активных пользователей в месяц и получить от Google, OpenAI и Cloudflare более $200 тысяч грантами.
Чтобы расти дальше, сделали пивот и начали создавать ИИ-клонов людей. Большинство похожих продуктов тогда делали аватары знаменитостей, а мы предложили любому человеку сгенерировать свою копию. Это сработало и пользователи начали самостоятельно распространять продукт – аудитория превысила 4 тысячи юзеров. В итоге получили инвестиционный оффер с оценкой в $8 млн.
– Однако вы закрыли этот проект. Почему?
– Видел, как быстро растут крупные игроки, и понимал, что через пару месяцев мой продукт станет легко заменимым. Хотелось и дальше работать над передовыми идеями, поэтому не стал ждать и остановил проект. Еще несколько недель он работал в закрытом режиме для старых пользователей.
Решение о закрытии Vetra AI принял быстро. Оно далось легко, потому что никогда не думал, что буду заниматься данным проектом долго. В моем возрасте важно получить опыт и быстро идти дальше, независимо от финансового результата. Стартап дал много новых знаний, поэтому сильных колебаний не было.
– Чем занялись после Vetra AI?
– Весной этого года стал сооснователем и СТО stealth-проекта Kuramoto. Работали над RAG-ассистентами – технологией, которая объединяет несколько open-source моделей в одну систему. Это позволяет компаниям работать с ИИ и при этом хранить все данные внутри своего контура.
В итоге международный холдинг выкупил продукт для внутреннего использования и забрал к себе большую часть команды. Я сделал экзит из стартапа, поэтому получил сильно меньше тех, кто перешел туда работать.
– Не жалеете?
– Ни капли. Деньги никогда не были главным фактором для меня. В первую очередь шел за опытом и новыми навыками. Понял, что в большой компании не получу нужных для себя знаний и сосредоточился на других проектах.
– Например?
– Занимаюсь исследованием, в котором использую машинное обучение для изучения drug-tolerant persister cells. Это небольшая часть раковых клеток, которая переживает лечение препаратом во временном устойчивом состоянии, а после окончания терапии снова начинает делиться. Из-за них болезнь часто возвращается.
Просканировал несколько тысяч параметров и разработал собственный тест, который проверяет, насколько надежно опубликованные метрики описывают реальное состояние клетки. Работал с вице-президентами и деканами топовых медицинских университетов Казахстана. Также статью прокомментировали специалисты из Fred Hutchinson Cancer Center – независимого некоммерческого института в Сиэтле, который занимается исследованием и лечением онкологии.
Эта работа дает мне ощущение того, что вношу вклад в решение действительно значимых задач. В будущем хотел бы и дальше развиваться в этом направлении.
«Первый клиент появился через пару дней после запуска»
– Помимо стартапов и исследования вы также преподаете. Как пришли к этому?
– Сначала мне предложили вести nFactorial Solo вместе с Арсеном Кылышбеком. Это четырехнедельный курс для тех, кто хочет запустить свою компанию. Затем стал преподавать дисциплину AI for Work, где рассказывал, как устроены разные языковые модели, как применять ИИ в работе, а также объяснял основы автоматизации. Помимо этого стал ментором образовательной программы nFactorial Growth x Higgsfield AI по подготовке growth-инженеров. В итоге за все время обучил более 400 человек.
Преподавание стало большой частью собственного обучения. Часто соглашался вести темы, в которых еще не разбирался, и перед каждым курсом изучал их самостоятельно. Так у меня просто не было выбора, кроме как постоянно расширять знания. Очень благодарен Алиме Адильбековой, Арману Сулейменову и всей команде nFactorial за эту возможность.
Кроме того, именно во время преподавания ко мне пришла идея стартапа Pragma, над которым работаю сейчас.
– Расскажите об этом подробнее.
– Моими учениками в основном становились взрослые люди: продакт-менеджеры, руководители, владельцы бизнеса. Постоянно слышал от них одни и те же вопросы о том, как внедрить ИИ в компанию и сохранить безопасность данных. Некоторым помог сам, но быстро стало понятно, что рынок растет и в одиночку не успею. Поэтому собрал вокруг этого компанию. Так и появилась Pragma.
– Что именно предлагает стартап?
– Внедряем ИИ в компании. На выходе клиент получает автоматизированные процессы с полностью защищенными данными. Чаще всего автоматизируем общение с текущими и потенциальными клиентами, внутреннюю бухгалтерию и аналитику. Обычно это интеграции с теми программами, которыми компания уже пользуется. Например, 1С или amoCRM. Также разрабатываем собственные решения: дашборды, мессенджеры и другие инструменты.
– Каким образом обеспечиваете защищенность данных?
– После передачи решения у нас нет никакого доступа к документам компании, и все процессы клиент контролирует самостоятельно. Модели разворачиваются, а данные находятся на арендованных серверах в Казахстане, как того требует законодательство страны. При работе с Claude, ChatGPT, Gemini или другими закрытыми LLM, данные уходят на зарубежные серверы, и нельзя проконтролировать, где и как долго они хранятся. Поэтому используем open-source модели.
– Как искали клиентов на первых порах?
– Вначале использовали личные знакомства и холодные письма. В команде проекта помимо меня еще 4 человека: Дияс Тлеукин, Жибек Пирназарова, Айбар Серик и Санжар Умарбек. Мы живем в разных городах и странах, поэтому каждый приводит новых клиентов. Также у нас есть внутренний инструмент, который собирает информацию в интернете и находит потенциальных заказчиков.
Первый клиент появился через пару дней после запуска. Сейчас с Pragma работает более 35 компаний из абсолютно разных сфер. К началу весны хотим достичь цифры в 200 платящих клиентов.
– По какой бизнес-модели работаете?
– Клиент платит разово за внедрение, а затем ежемесячно за поддержку. Стоимость зависит от количества каналов и интеграций, сложности сценария и объема данных.
При этом Pragma прибыльна с первой продажи, сейчас наш MRR достиг $85 тысяч.
По этой же причине проект не привлекал инвестиции и не нуждается в них.
– Получается, вы развивали проект на собственные средства. Сколько всего вложили в Pragma?
– Точной суммы нет, но она небольшая. В основном деньги уходили на различные подписки и серверы.
«Активно выходим на рынок с новым проектом»
– Однако Pragma не единственный ваш проект. Над каким стартапом работаете сейчас?
– Осенью начал работать ИИ-инженером в фонде Alem.AI Endowment. Изначально меня пригласили помочь с одним проектом, связанным с Astana Hub и Qazaq AI Research University. Мне понравилась команда и задачи, поэтому решил остаться.
Там познакомился с сооснователями своего нового проекта agentmash – мультиплеера для ИИ-агентов. Это контекстный слой, благодаря которому разработчики с ИИ-агентами могут одновременно работать над одним проектом. Раньше, когда люди одновременно запускали своих агентов, возникало много мерж-конфликтов (ситуация, при которой программа не может автоматически объединить изменения из двух разных веток, потому что в них отредактированы одни и те же строчки кода или один файл был изменен в одной ветке и удален в другой – прим. Digital Business). Из-за этого увеличивались время разработки и расход токенов. Наш продукт решает данную проблему.
Кроме того, в agentmash можно запускать много агентов, как своих, так и готовых.
Оркестратор (программная система, которая управляет, координирует и автоматизирует работу множества независимых сервисов, контейнеров или бизнес-процессов в единый сценарий – прим.Digital Business) работает на дорогой LLM, а субагенты на дешевых. agentmash подключается к Claude Code, Codex и другим агентам, а также к open-source моделям, поэтому подходит и крупным компаниям, для которых важна безопасность кода.
– Какая у вас зона ответственности?
– Являюсь CTO и отвечаю за техническую часть, но также за фандрейзинг и рост компании. Команда маленькая – всего 4 человека, поэтому задачи часто пересекаются.
– На какой стадии находится проект?
– Активно выходим на рынок. Продукт уже тестируют в ИТ-студиях, в Pragma, нескольких банках и крупных компаниях. Для команд до двух разработчиков сервис бесплатный, чтобы его можно было спокойно протестировать. Начиная с третьего разработчика подписка стоит $20 за каждого в месяц. Для крупных компаний есть enterprise-план от $15 000 в год.
Параллельно ведем переговоры с локальными инвесторами и зарубежными фондами преимущественно из США и ОАЭ.
«О выгорании особо не думаю»
– Вы довольно часто вели переговоры с инвесторами. Как они реагировали на ваш возраст?
– За это время было много переговоров, как удачных, так и неудачных. Не уверен, где возраст сыграл в плюс, а где в минус. Но точно знаю, что из каждого отказа выносил какой-то урок. Свой возраст поменять не могу, а на том, что нельзя исправить, предпочитаю не зацикливаться.
– Вы параллельно ведете несколько проектов, преподаете и работаете ИИ-инженером. Есть ли какие-то лайфхаки, как все успевать?
– Нет. Действую по принципу: если что-то физически возможно, значит, могу это сделать. И иду к своей цели.
Сейчас мои интересы в первую очередь связаны с работой. Могу проводить в офисе по 17 часов 7 дней в неделю, и это то, чем искренне горю.
– А как справляетесь со стрессом?
– Заниматься стартапами – большая привилегия. Во-первых, у меня есть возможность строить свою компанию. Во-вторых, мы живем в уникальное время, когда ИИ ломает устоявшиеся правила игры. Такой период на вряд ли когда-то повториться, поэтому ловлю момент, а о выгорании особо не думаю.
– Чему вас научило предпринимательство за эти годы?
– Стартап требует, чтобы ты вел продукт на всех этапах зарождения идеи до продаж и маркетинговых кампаний. Поэтому люди, которые сами запустили продукт, сильно отличаются от тех, кто работал в найме. Построить компанию с нуля или управлять существующим проектом – совершенно разные уровни задач.
Еще понял, что компания растет из ежедневных действий и амбиций основателей. Это дает много свободы и столько же ответственности. Мне кажется, поэтому в Казахстане так много успешных фаундеров: у нас любят свободу.
– В чем сила вашего поколения?
– В смелости и в том, что нам нечего терять. Но это касается любого молодого поколения: тех, кто был молод раньше, и ребят, что будут после нас.
Сильных молодых фаундеров становится все больше. И чаще всего это люди с высоким уровнем raw intelligence – врожденного интеллекта – и сильным академическим бэкграундом – это еще одно наше преимущество.
Кроме того, новое поколение всегда будет сомневаться в том, что уже создано, и бросать этому вызов. У многих молодых фаундеров нет опыта работы в найме. Они создают свои правила, а в стартапах без этого никак. Когда выходишь на пустое поле, то сам разбираешься, что правильно, а что нет. Поэтому молодежь часто принимает смелые решения, которые со временем могут стать новым стандартом.