«Новая технология должна усиливать ребенка». Эксперт объяснил, зачем нужно внедрять ИИ в казахстанские школы
Диплом высшего образования уже не гарантирует успех, особенно в эпоху ИИ. Еще в 2017 году на Всемирном экономическом форуме в Давосе от руководителей больших корпораций, таких как IBM и Walmart, прозвучала мысль: лидеры рынка больше не нанимают автоматически на работу выпускников престижных вузов. Главный посыл – компании переходят к подходу «навыки прежде всего», ведь академические успехи не гарантируют умения адаптироваться и критически мыслить. Позже на эту тему высказывались Тим Кук из Apple и Илон Маск (Tesla/SpaceX), заявляя, что для работы у них диплом вообще не обязателен, если есть реальные достижения.
Но при этом само образование продолжает оставаться критически важным. А с развитием искусственного интеллекта его значимость может стать еще больше. Правда, для этого необходимо грамотно и правильно встроить AI-инструменты в учебный процесс. В колонке для Digital Business соучредитель образовательного фонда Prometheus Досым Бесбай объяснил, как ИИ меняет правила игры в образовании, почему казахстанским школам необходимо активнее его внедрять в обучение и какой эффект получит от этого государство и общество.
«Традиционная школа чаще закрепляет разрыв между сильным и слабым учеником, чем устраняет его»
XXI век подарил нам несколько фундаментальных исследований в области образования. Одно из них провел лауреат Нобелевской премии Джеймс Хекман. Он пытался понять, как именно инвестировать в образование, чтобы получить максимальный экономический и социальный эффект. Хекман анализировал долгосрочные данные по программам раннего развития. В том числе Perry Preschool Project и Carolina Abecedarian Project, где на протяжении десятилетий наблюдали за детьми из уязвимых семей – от дошкольного возраста до взрослой жизни. Сравнивая участников таких программ с контрольными группами, он брал во внимание не только школьные оценки, но и уровень занятости, доходы, зависимость от социальных выплат, состояние здоровья, вовлеченность в преступность.
Четко прослеживалась корреляция именно с дошкольным возрастом. Причина в том, что в первые годы жизни формируются базовые когнитивные и поведенческие навыки: способность учиться, концентрироваться, контролировать эмоции, взаимодействовать с другими. Эти навыки становятся фундаментом для всего последующего образования. Если фундамент прочный, то школа, колледж и профессиональное обучение его усиливают. Если слабый – государству позже приходится тратить больше денег на коррекцию: борьбу с отставанием, безработицей, социальной зависимостью и криминальными рисками. Поэтому для Хекмана дошкольное образование – не благотворительность, а самая ранняя и доходная инвестиция в человеческий капитал.
Но он сделал и неприятные выводы. Например, если два ученика заходят в школу с разным уровнем подготовки и развития своих способностей, школа обоих сделает сильнее – поднимет на несколько ступеней от их исходного уровня, – но разрыв между ними, как правило, сохранится. Почему?
Во-первых, навыки обладают свойством самопродуктивности. Ребенок с более сильной базой быстрее усваивает новый материал, легче концентрируется, увереннее взаимодействует с учителем и получает больше отдачи от тех же самых уроков.
Во-вторых, работает эффект комплементарности. Инвестиции в обучение дают больший результат у тех, у кого уже сформированы базовые когнитивные и поведенческие способности.
В-третьих, школа – потоковая система со стандартной программой и ограниченным ресурсом внимания. Она редко способна индивидуально компенсировать дефициты, которые возникли в раннем детстве. В результате сильный ученик доучивается сам и растет быстрее, слабый – тоже растет, но с меньшей скоростью. Традиционная школа, по мнению Хекмана, чаще закрепляет уже существующий разрыв, чем устраняет его.
Однако Хекман опирался на исследования 60-90 годов, дополняя их вплоть до 2010-х. То есть до массового внедрения ИИ. Что это меняет?
«Ресурс педагога ограничен, ему тяжело подстроиться под каждого ученика»
Главный эффект применения ИИ, который уже виден во многих отраслях, – ускорение. Он разгоняет процессы, повышает скорость работы, меняет темп производственных процессов. Что он может ускорить в школе?
ИИ способен сократить разницу между учениками – за счет индивидуальной траектории обучения. Все дети разные, и даже в одной и той же школе у учеников есть свой темп обучения, какими бы ни были общие программы. Этот темп – просто индивидуальные особенности ученика, которые даже не связаны напрямую с интеллектом.
Учитель в стандартной школе обращается к 25-30 детям в классе. И преподает всем с одной скоростью. В итоге в классе кто-то скучает, потому что слышит уже известные вещи, а кто-то не понимает и отстает.
Ресурс педагога ограничен, объективно ему тяжело подстроиться под каждого ученика. Но искусственный интеллект может преодолеть эффект бутылочного горлышка, дав индивидуальные решения каждому ученику. Если правильно использовать ИИ, то учитель может оперативно создавать индивидуальные задания и версии обучения в рамках одного образовательного процесса.
Сделать это довольно просто, не нужен какой-то сложный промт или профиль. Достаточно 4 параметра: уровень ученика, тема задания, тип ошибки, цель урока.
Более того, с помощью ИИ можно подготовить урок целиком! Учитель дает промт – «Объясни тему "Дроби" для 10-летнего ребенка через примеры из жизни». Вторым шагом – «Создай 10 задач разного уровня сложности». В итоге педагог получает готовый материал за 1-2 минуты.
Далее – проверка ученических работ. ИИ может проверять открытые ответы, находить типичные ошибки и самое главное – провести анализ, группировать учеников по проблемам. Учитель понимает, что именно нужно доработать отдельно с каждой такой группой, и здесь ИИ снова может дать объяснение ошибки с учетом уровня ученика.
Так ИИ экономит 30-50% времени на подготовку и до 50% времени на проверку. Именно здесь у учителя появляется возможность сделать переход к роли наставника, что очень важно. Ведь ИИ не может делать этический выбор, видеть все нюансы, читать ученика в динамике, воспринимать интонацию и мимику.
Применение ИИ значительно ускоряет скорость работы учителя, освобождая ему время и ресурсы на более нужные вещи – непосредственно взаимодействие с учениками.
При этом искусственный интеллект не заменит такого учителя никогда. Но есть другой тренд – педагог, применяющий ИИ, вытеснит того, кто не использует искусственный интеллект. Ведь учитель с ИИ сделает урок в в 2-3 раза продуктивнее. Система образования неизбежно начнет отдавать предпочтение таким специалистам.
«Школа должна вводить ИИ как дополнительный инструмент»
К сожалению, ИИ с легкостью может усилить одно из наибольших заблуждений в сфере образования – о вторичной роли начального обучения. Как именно? Легко увидеть на примере планшетов. Многие думают, что предоставление доступа к цифровым платформам и решениям дает ребенку функциональную грамотность. У дошколят забирают ручку, вручают планшет и просят печатать. Но ручка – больше, чем прописи. Это мелкая моторика, и в процессе ее развития формируется большое количество нейронных связей в мозге. Поэтому ни в коем случае нельзя отказываться от прописей. Это лишь один пример, который показывает – нельзя ломать фундаментальные вещи в образовательном процессе, которые, в данном случае, построены на нейробиологии.
Как внедрять ИИ, не ломая базу? Нужно следовать ключевому принципу – новая технология должна усиливать ребенка. Нельзя трогать письмо от руки (нейробиология), чтение длинных текстов, устную речь, базовую математику. Школа должна вводить ИИ как дополнительный инструмент, но сохранить базовые практики. Государство на уровне системы фиксирует «неприкосновенное ядро», регулирует экранное время, внедряет гибридную модель образования.
Фото: Катерина Малама
В образовании цена ошибки проявляется не сразу. Неправильное решение может выглядеть современным и удобным сегодня, но его последствия станут видны только через годы, когда выяснится, что технология ускорила процесс, но не усилила самого ученика. Пока можно только предполагать последствия на уровне страны, но скорее всего это обернется снижением критического мышления, ростом зависимости от технологий, ухудшением способности к самостоятельному обучению и, как следствие, падением качества человеческого капитала.
Поэтому вопрос не в том, внедрять ли ИИ. Речь идет о том, чтобы внедрение носило точечный характер, «лечило» определенную болевую точку. В образовании Казахстана сейчас ключевая проблема – сильный разрыв в уровне учеников внутри одного класса. ИИ это исправляет мгновенной диагностикой уровня, персональными заданиями и адаптивным обучением.
«Сам по себе ИИ не совершит рывок за страну»
Зачем вообще внедрять ИИ в образовании? Как минимум, это вопрос справедливости. Если государство правильно выстроит использование ИИ в школах, Казахстан может добиться более равных возможностей для разных групп детей. В том числе для учащихся из провинциальных школ, которые чаще всего обделены учебными материалами, сильными преподавателями и дополнительными ресурсами.
Поэтому необходимо предоставить учителям материальную базу для использования ИИ, обеспечить все школы стабильным подключением к интернету и, желательно, создать единую ИИ-платформу. При этом акцент нужно делать на сельских школах как самых проблемных. Именно там необходимо реализовать пилотные проекты, которые покажут все сложности процесса. Если начать с городских школ, где уровень выше, то можно только усилить разрыв в образовании, создав систему «двух скоростей».
Затем эффект ИИ-ускорения можно перенести с уровня отдельного класса на уровень школы, а дальше на всю систему образования. Да, это недешево, но важно понимать структуру затрат. Основные расходы здесь будут на материальную базу, создание платформ, обучение учителей.
Фото: Катерина Малама
Но есть и экономия! На снижении затрат на производство контента, автоматизации процессов, повышения эффективности системы. Главный эффект проявится в масштабах страны:
- более сильный человеческий капитал;
- рост производительности;
- усиление конкурентоспособности.
Если система образования научится быстрее подтягивать отстающих, сильнее раскрывать способных и точнее распределять образовательные ресурсы, ИИ станет реальным инструментом развития и для ученика, и для школы, и для системы образования в целом.
Убежден, при правильном применении ИИ способен сокращать разрыв и между странами. Там, где раньше на наращивание методик и инновационных решений уходили десятилетия, теперь нужно гораздо меньше времени и ресурсов.
Сам по себе ИИ не совершит рывок за страну. Он только усиливает ту систему, которая уже понимает, чему и зачем она учит. Поэтому главный ИИ-вопрос для Казахстана сегодня звучит так: сумеем ли мы превратить искусственный интеллект в инструмент развития мышления, характера и самостоятельности? Или сведем его к еще одной цифровой платформе для отчетности? Задача это многоуровневая. Государство здесь создает материальную базу и стандарты использования. Министерство просвещения отвечает за методологию, программы и обучение учителей. На уровне школ идет внедрение и управление конкретным процессом.
Вопрос сегодня не в том, внедрять ли ИИ в школы. Вопрос в том, сумеем ли мы использовать его для усиления мышления ученика через построение индивидуальной траектории обучения, или он просто будет писать рефераты и сочинения вместо студентов и школьников, консервируя старую систему образования. Именно на этом будет решаться, станет ли ИИ в образовании огнем Прометея или просто дорогой игрушкой с коротким эффектом новизны.