Гани Узбеков: «S1lkPay в течение трех лет намерен стать миллиардной компанией»

Гани Узбеков

Гани Узбеков. Скриншот — подкаст Outpeer kz

Казахстанский финтех-стартап S1lkPay ставит цель в ближайшие несколько лет привлечь до 5 миллионов пользователей и в течение следующих трех лет — стать миллиардной компанией. Об этом рассказал основатель и генеральный директор S1lkPay Ltd Гани Узбеков в подкасте Outpeer kz.

Стартап S1lkPay позиционируется как «аналог Airbnb для карт», позволяет пользователям делать мгновенные P2P переводы, включая трансграничные. При этом для доступа к ним необходим только смартфон, для получателя перевода банковский счет или карта не требуется.

— Стать единорогом — не самоцель для нас. Наша основная задача — вывести проект на прибыльность и иметь 4-5 миллионов пользователей. Что достаточно исполнимо с точки зрения тех партнерств, которые сейчас у нас есть, – комментирует Гани Узбеков.

– Мы запустились 22 сентября 2022 года, и за два месяца у нас было где-то 35 тысяч загрузок, 70% из них — из Казахстана. Наша техническая команда может обрабатывать документы из 15 стран (паспорта и водительские удостоверения). Также мы запартнерились с Verigram, которые работают со всеми паспортами мира — то есть гражданин любой страны может загрузить и использовать наше приложение.

Сейчас мы формализуем долгосрочное партнерство с одной глобальной компанией, которая по корпоративному бизнесу имеет 40 млн клиентов: они обязуются дать нам 4 млн клиентов в течение пяти лет. А когда становится хотя бы миллион клиентов, то вы уже появляетесь на радаре крутых венчурных фондов.

Но нам пока венчурные фонды не нужны. Проект уже поднял 7,5 млн долларов инвестиций, и сейчас у меня на столе есть новых 7-10 предложений от 20 до 50 миллионов (при капитализации проекта примерно от 100 до 200 млн долларов), поэтому нет необходимости ходить и публично поднимать деньги. Наша основная задача в данный момент — зайти как можно быстрее в минимум 7-10 юрисдикций и предлагать там свои платежные карты.

Поэтому сейчас мы партнеримся с компанией, которая покрывает Америку и Канаду, а также с мексиканской, панамской, суданской, вьетнамской, филлипинской и турецкой компаниями.

Для чего мы хотим быть в этих нескольких юрисдикциях? Чтобы предлагать платежные карты в местных валютах и исключить валютные риски. Сейчас можем продавать платежные карты в долларах, евро и тенге. Если по карте в тенге вы будет тратить в Казахстане, то никаких валютных рисков для меня нет — все расчеты с Mastercard в тенге. А если вы полетите в Турцию, где произошла резкая девальвация турецкой лиры, то для меня возникнут огромные расходы, так как там расчеты с Mastercard в долларах. Или мигрант-филиппинец в Дубае на основе своего счета в дирхамах захочет помочь маме на 10 тысяч песо: если у нас будет локальная лицензия, то мы выпустим ему карту в местной валюте и не будем иметь валютных рисков. А наш собственный платежный процессинг по сути превратится в региональный SWIFT, где мы сможем людям помимо мгновенных переводов предлагать еще много всего.

В чем суть стартапа S1lkPay

— Я считаю, что после buy now pay later («купи сейчас, заплати позже» — тип краткосрочного финансирования, который позволяет потребителям совершать покупки и оплачивать их в будущем – прим. Digital Business) следующей популярной концепцией будет шеринговая экономика. Речь об общей децентрализации, когда люди должны сами принимать решения в отношении всех своих активов.

Представьте: у вас есть 500 долларов. Можно их положить на депозит или расчётный счёт — и все, вы зависите от распорядка работы банка. Наше решение дает возможность самому себе быть банкиром, делиться деньгами мгновенно.

Например, кому-то из ваших близких не хватает денег в кафе. Вы просто в нашем приложении создаете карту, отправляете ее этому человеку, он мгновенно добавляет ее в Samsung Pay, Apple Pay или наш SilkPay — и тут же все оплачивает. То есть вы не двигаете деньги, а даёте доступ посредством этой допкарты. Это такой корневой наш продукт, на основе которого можно делать другие пользовательские кейсы.

Как стартап искал первые деньги

— До лета 2021 года была достаточно тяжёлая ситуация — команде нужно было платить зарплату. Я продал свою квартиру, занял деньги в Almaty Finance.

Инвестиции я начал искать с конца 2020 года: написал больше тысячи электронных писем в фонды и инвесторам. Ответили только 2-3%, из которых только половина заинтересовалась. Ответ был стандартным: покажи прогресс.

У стартаперов есть такое классическое выражение: «Если вы хотите получить деньги — просите совет, если вы хотите получить совет — просите деньги». Оно действительно работает, потому что когда я просил деньги, от всех получал советы. А потом я попросил совет по оценке своей компании — инвестору понравился проект, и он в течение недели принял решение об инвестировании.

Авторитет у него был достаточно большой — сразу же появились желающие еще инвестировать. Но я это специально остановил, потому что больше не хотел продавать доли при оценке проекта в 14 млн долларов.

Почему головной офис будет в Дубае

— Мы приняли стратегическое решение, что головной офис нужно делать в Дубае — по крайней мере костяк команды должен быть там, а разработчики уже сами могут решить, где им больше хочется.

Почему Дубай? Если не стоит цель IPO, то Америка не нужна. Вторым вариантом был Сингапур — там все достаточно отлажено и компании из Сингапура легче поднять деньги. Но перелеты туда, визы и более жёсткое регулирование с точки зрения отчетности — это минусы.

В этом плане Дубай сегодня, хотя тоже идет в сторону ужесточения, более-менее приемлемый вариант.

Что не так с условиями для финтеха в Казахстане?

— Мы начали в 2018 году, а запустились только в конце сентября 2022 года: 65-70% времени потратили из-за того, что наше законодательство пролоббировано в сторону банков. И чтобы проверить идею в области финансов, нужно потратить огромное количество времени на встречи с банками. Без банка вы никуда в этой стране, хотя в той же Европе небанковские институты давно являются достаточно самостоятельными.

Например, членами Казахстанского центра межбанковских расчетов могут быть только банки, а такие компании как мы — нет. А членство в этом центре дает возможность выпускать IBAN и напрямую вести диалог с международными платежными системами. То есть получается, что сначала нужно убедить работать с Visa и MasterCard, а потом еще и банк.  На это все уходит минимум год.

Когда есть такого рода ограничения, то люди со своими идеями выбирают ту юрисдикцию, где их можно быстрее реализовать. В Международном финансовом центре Дубая есть четкое разграничение: все онлайн вещи можно делать внутри DIFC и таргетировать на весь рынок Объединённых Арабских Эмиратов. В МФЦА есть коллизия: я выпускаю предоплаченную карту на основе лицензии МФЦА, и не могу ее продавать гражданам Казахстана. И есть еще много других вещей, которые отнимают время у стартапа.

Еще пример: такие платежные компании как мы до прошлого года не имели требований по минимальному капиталу. Но регулятор решил его поставить в 100 миллионов тенге. И мы, как стартап, стали искать эти деньги. Вот такая нестабильность никак не помогает, а даже, наоборот, ухудшает привлекательность юрисдикции Казахстана и МФЦА.

Условий у нас в стране пока нет: есть красивая вывеска, есть все инструменты, но когда начинаешь копать вниз, там очень много противоречий.

Кто такой Гани Узбеков

Закончил Казахстанский институт менеджмента, экономики и прогнозирования, Harvard University и London School of Economics and Political Science.

С 2003 по 2006 год был вице-министром финансов Казахстана; с 2006 по 2008 год работал заместителем председателя Агентства Республики Казахстан по регулированию и надзору финансового рынка и финансовых организаций, в 2008 году – заместителем председателя правления АО «Фонд устойчивого развития «Казына».

С 2009 по 2011 год являлся заместителем председателя правления дочернего банка АО «HSBC «Банк Казахстан», с 2011 по 2014 год – первым заместителем председателя правления «Казинвестбанк».

С 2014 по 2017 год работал председателем правления АО Capital Bank.

С 2018 года начал развивать собственный проект S1lkPay.

Гани Узбеков, основатель и генеральный директор S1lkPay Ltd

Как госслужащему стать стартапером

— Самое важное для меня — это независимость суждений и действий. Я не хотел быть сорокалетним госслужащим, который должен поддерживать решения, хотя знает, что не все они в интересах страны. Мне на момент ухода с госслужбы было 34-35, и я посчитал это хорошим шансом уйти и проверить себя в частном секторе.

Дальше меня всегда приглашали на работу, я сам не рвался никуда. Но начать стартап было моим сознательным решением: ведь все, что я делаю, я мог делать для себя.

Два совета молодым

— Шкурный совет: иметь отдельный бюджет на свою семью на 1,5-2 года. Потому что при создании продукта может быть очень много поворотов, и обычно они не позитивные. Проблемы выстреливают оттуда, откуда вы их не ожидаете.

Самое классное время для стартапов — когда ты еще холостой. И можешь жить, условно, на улице или в подвале, а если что-то даже не получилось — всегда можешь вернуться к родителям.

Чем ты старше, тем сложнее запускать стартап — когда у тебя дети, семья. Но, с другой стороны, уже есть опыт и связи, которые очень сильно помогают. Благодаря нетворкингу в 40 лет уже не нужно доказывать, кто такой Гани Узбеков — есть репутация, тебя знают и понимают, что ты предлагаешь что-то серьезное.

Ну и еще советую верить в свой продукт. Сам человек внутри должен понимать: хорошая идея и осталось чуть-чуть до ее реализации, или  плохая и не стоит ее долбить дальше. Ваша интуиция должна подсказать,  продолжать проект или нет.

Новости