«Основные траты – найм блокчейн-разработчиков». Как в Казахстане делают NFT-маркетплейс

15.09.2022, 08:55
Текст: Вадим Банный
Фото: Катерина Малама
Адильбек Рамазанов

Адильбек Рамазанов

Несмотря на то, что криптотусовка в Казахстане находится только на начальной стадии своего развития, здесь уже придумывают и запускают разные проекты, связанные с блокчейном. Так полгода назад появился казахстанский NFT-маркетплейс NFTime, где художники и другие творческие люди могут продавать произведения искусства в виде NFT.

Digital Business поговорил с project-менеджером NFTime Адильбеком Рамазановым и узнал, в чем сегодня главная ценность NFT, какой спрос на них в Казахстане и действительно ли нужен целый маркетплейс для их продажи.

«Как и с любой другой инвестицией, нужно проводить определенные исследования перед тем, как вкладываться»

– Адильбек, в чем ценность NFT в нынешнем виде?

– NFT – это любой цифровой файл, который уникально закреплен за определенным человеком. То есть, под NFT может пониматься что угодно: картинка, гифка, видео, музыка и так далее. По этой причине к ним хорошо применима практически любая бизнес-модель. К примеру, канадский певец The Weeknd представил свои NFT в виде MP3-файлов с вырезками из песен, которые не вошли в альбом. Помимо этого, при покупке таких NFT человек получал возможность попасть к нему на концерт и иметь доступ в VIP-зону.

Адильбек Рамазанов

Если речь о бизнесе, который предоставляет какие-либо услуги или продает товары, то можно для обладателей их NFT сделать скидки. Также не стоит забывать и про художественную ценность, когда NFT является произведением искусства, как картина Ван Гога, к примеру.

– Как понять, что перед тобой настоящий NFT, несущий какую-то ценность, а не «пустышка»?

– Здесь, как и с любой другой инвестицией, нужно проводить определенные исследования перед тем, как вкладываться. Необходимо понять, кто автор данного NFT. Некоторые платформы предоставляют верификацию, чтобы потенциальному покупателю было понятно, настоящий ли это автор или просто какой-то парень, который захотел обмануть много людей и продает «пустые» картинки, за которыми, кроме лендинга на сайте и полностью выдуманной истории, может ничего не стоять.

– Что должно насторожить человека?

– Отсутствие убедительной истории. Что я имею в виду под этим?

Банально зайдите в аккаунт проекта в Twitter и посмотрите, как долго он активен, насколько большая у него аудитория, что он делает в долгосрочной перспективе, какие планы. Если все появилось месяц назад, а следит за проектом не больше 1 тысячи человек, то есть высокий шанс, что вы нарвались на «пустышку».

– Почему NFT – это не «финансовая пирамида»?

Адильбек Рамазанов

– Сейчас, к сожалению, многие проекты являются «пирамидами». Мы, как стартап, за технологию и ни в коем случае не поддерживаем проекты, которые ставят перед собой цель обмануть людей и поднять по-быстрому легких денег. Наш маркетплейс старается проводить тщательную модерацию авторов: идентифицируем их личность, изучаем, насколько уникальны их работы, есть ли на них спрос. Если все в порядке, то человек за вложенные деньги получает либо какой-то профит, либо творческую ценность, которой ни у кого нет. Это уже не похоже на «пирамиду».

– Как на вашем маркетплейсе проверяется автор?

– У нас не так много авторов – пару десятков. Поэтому мы с каждым можем созвониться и поговорить лично. Но в дальнейшем, когда их количество возрастет, нужно будет автоматизировать модерацию. Как раз сейчас над этим работаем, собираем небольшую команду, которая будет следить и верифицировать авторов.

– Авторы на вашем маркетплейсе – кто они?

– В основном именитые артисты, поэтому у нас размещены только произведения искусства. Сейчас ведем переговоры с несколькими исполнителями, чтобы они тоже начали производить свои NFT, закладывая туда определенную бизнес-модель.

Думаю, что нам реально расти, так как интерес есть не только у ребят из Казахстана: у нас уже размещают работы  авторы из России, Украины и других стран. А как только придут новые авторы, будет расти и аудитория покупателей. По сути, важно находить лидеров мнения в разных сферах, которые будут делать NFT, создавая попутно на них спрос благодаря своему имени. Поэтому работаем в первую очередь над привлечением этих людей.

– Зачем вообще нужен маркетплейс?

NFTime

– Это агрегатор, где удобная фильтрация и проще продавать свои NFT, чем на бирже, особенно если человек не особо знающий. У нас же все можно сделать в пару кликов.

– Чем ваш маркетплейс отличается от других?

– Если смотреть со стороны автора, то более удобным интерфейсом и мультироялти (роялти – вид лицензионного вознаграждения, периодическая компенсация, как правило, денежная, за использование патентов, авторских прав, франшиз, природных ресурсов и других видов собственности. Прим. Digital Business). То есть, если вы не единственный автор какого-то цифрового контента и хотите вложить в него некий роялти, то его можно разделить, чтобы деньги шли на два разных криптокошелька. Ни на одной платформе мы подобного не видели. Мы полностью открытый маркетплейс, куда может зайти любой пользователь, обладающий криптокошельком.

С точки зрения пользователей мы максимально нацелены на паттерны поведения новичков, которых в нашем регионе большинство. Соответственно, для них тот же Opensea сложен, и если ты артист, трафик проходит мимо тебя.

«Людям надоедает централизация и мир постепенно уходит в децентрализацию, в сторону блокчейна»

– Как возникла идея с NFTime?

Адильбек Рамазанов

– Мы видим, куда стремятся технологии и понимаем, что интернет не будет заканчиваться на Web 2.0. Все движется к Web 3.0, потому что людям надоедает централизация и мир постепенно уходит в децентрализацию, в сторону блокчейна. Становится все больше криптофрендли (дружественных к крипте стран). Казахстан тоже активно двигается в этом направлении, представители правительства ведут переговоры с блокчейн-стартапами. То есть позитивные сдвиги и перспективы есть. Поэтому решили немного опередить время и начать действовать.

– Сколько понадобилось денег на реализацию идеи?

– Около $20 тысяч. Основные траты – найм блокчейн-разработчиков, которые считаются одними из самых высокооплачиваемых на рынке. В процессе поисков столкнулись с тем, что найти такого специалиста очень тяжело, так как они – штучный товар.

Поэтому пришли к модели самостоятельной подготовки разработчиков. Ищем перспективных студентов, которые обладают талантом и какими-то минимальными навыками, а также имеют желание углубиться в тему блокчейна. Их обучением занимаются наши разработчики.

Наша команда состоит из 23 человек. Это наш СЕО – Кирилл Морозов, имеющий большой опыт в блокчейн индустрии. Также есть 12 разработчиков, а остальные – продуктовая команда (дизайнеры, маркетологи, SMM- и SEO-специалисты).

– В Казахстане еще есть NFT-маркетплейсы?

Адильбек Рамазанов

– Видели разработки некоторых людей и компаний, которые пытались сделать что-то подобное, но на данный момент эти проекты не существует. По каким причинам – мы не знаем. Возможно, дело в команде. Нам повезло собрать сильный коллектив, который позволяет нам расти. Каждый верит в то, что он делает.

– Почему решили запускаться в Казахстане, а не выходить сразу на международные рынки ?

– Во-первых, подумали, что безопаснее сначала обкатать боевую версию проекта в Казахстане, чтобы оперативно решить проблемы, которые могут возникнуть. Получить какой-то отклик от пользователей. Во-вторых, увидели спрос со стороны художников, авторов, которые заинтересовались идеей создать свой NFT: некоторые даже сами обращались. Это добавило нам уверенности.

– Не раз слышал, что интерес к криптовалюте в Казахстане не очень большой, а к NFT в частности он еще меньше…

– Так и есть, пока в Казахстане это все не сильно развито. По нашим очень грубым расчетам примерно 1-2% населения что-то знают об NFT. Но мы занимаемся в том числе и просветительской деятельностью. Стараемся объяснять людям, что такое NFT, в чем его преимущества, почему не нужно вкладывать деньги во все подряд, так как хватает мошенников.

Мы не собираемся ограничиваться Казахстаном, так как тут недостаточно большой рынок даже для выживания. Обкатаем первую модель, чтобы получить отклик и улучшить продукт, и будем двигаться дальше.

– В какие страны хотите выходить?

Адильбек Рамазанов

– В первую очередь, Россию. Там спрос есть, и не сильно отличается поведение людей. Санкции при этом пока никак не отразились на мире криптовалюты, разве что увеличили спрос. Также смотрим в сторону других государств СНГ, США, ОАЭ, некоторых стран Европы.

«Мы видим, как растет спрос, капитализация NFT-маркета»

– Opensea – самый известный NFT-маркетплейс в мире. Через него происходит почти 90% торгов NFT. Вы собираетесь бороться за оставшиеся 10% с еще несколькими десятками игроков на этом рынке или будете пытаться оторвать кусок аудитории Opensea?

–Тяжело ответить на этот вопрос. В долгосрочной перспективе хотим бороться и с Opensea за часть их рынка, и при этом за оставшиеся 10%. Но начать хотели бы с создания своих процентов в Казахстане, потому что тут нам не нужно ни с кем конкурировать. Да, как я уже говорил, рынок маленький, но его можно расширять за счет привлечения лидеров мнения, которые будут увеличивать аудиторию, заинтересованную в NFT.

– А какая бизнес-модель?

NFT

– Берем 2% комиссии со всех продаж, что, кстати, самый низкий процент, где мы видели. К примеру, у Opensea – 2,75%, а у остальных – 5-10%. Тут у нас осознанный демпинг, но мы пока вкладываем и тяжело сказать, насколько все бьется с юнит-экономикой. Возможно, в один момент нам придется повысить комиссии. На данный момент временно вообще ничего не берем, чтобы привлечь пользователей. Стартап – это, в первую очередь, бизнес, в который нужно долго вкладывать. Мы видим, как растет спрос, капитализация NFT-маркета.

Также хотим сделать интеграцию смарт-контрактов в уже готовые бизнесы. Тут по определенной договоренности все будет.

– На каком блокчейне построена ваша платформа?

–Мы сделали ставку на Ethereum, ведь найти разработчиков, способных сделать маркетплейс на «эфире» чуть проще. Еще добавили Polygon, так как, грубо говоря, он позволяет сильно снизить затраты на все транзакции, в том числе загрузку NFT в блокчейн. Сравните – $40 и $1,5, существенная разница.

– Какие сейчас видите риски для проекта?

Адильбек Рамазанов

– Наверное, нехватка инвестирования. Это типичная проблема. Наш стартап уже привлекал первые инвестиции: проводили IDO, на котором инвестора покупали наши токены. Вот на эти средства и существуем. Сейчас поднимаем второй раунд, чтобы масштабироваться: хотим выходить в страны СНГ до конца года, а для этого нужна серьезная и дорогостоящая маркетинговая компания.

Если возвращаться к рискам, то также существует проблема подлинности контента. Очень часто бывает такое, что NFT ворованное, а мы это пропустили в силу каких-то причин. Такие ситуации очень сильно могут ударить по репутации. Но, надо сказать, что данная проблема актуальна для всех маркетплейсов, поэтому каждый игрок стремится улучшать модерацию.

Новости