Известный экономист не исключает, что сценарий войны на Ближнем Востоке разработал ИИ

Переговоры вице-президента США Джеймса Дэвида Вэнса и спикера парламента Ирана Мохаммада-Багера Галибафа в Пакистане закончились безрезультатно - и на это ушел 21 час. Известный экономист Алмас Чукин проанализировал итоги встречи. Он высказался о новом мировом порядке и «сюрреалистичном» сценарии блокады Ирана, пишет digitalbusiness.kz

«America First»

Чукин акцентирует, что администрация Трампа де-факто отменила веру в международное право, заменив долгие дебаты в ООН жестким приоритетом национальных интересов. Теперь США возвращаются к тактике «мира с позиции силы».

«Республиканская партия США в душе привержена принципу изоляционизма. Мы отделены от остального мира двумя океанами, все у нас хорошо, и пусть они решают свои проблемы сами. Трамп добавил акцент на «America First». Понятно, что приоритет национальных интересов является общим приоритетом, все страны могут так выразиться - можно сказать и «Мадагаскар прежде всего».

Проблема в том, что и у других стран есть свои интересы, а поскольку «танго танцуют вдвоем» - в жизни надо договариваться и идти на взаимные уступки. До сих пор в мире строилось правовое пространство и росла вера в игру по правилам. Сегодня можно сказать, что правила меняются или отменяются. Односторонние действия стран становятся нормой», - рассуждает Алмас Чукин.

Первая война под управлением ИИ

Чукин предполагает, что странные паузы в конфликте и противоречивые заявления политиков могут быть частью стратегии, разработанной ИИ. Алгоритмы используют дезинформацию как основной инструмент, делая действия сторон нелогичными для внешнего наблюдателя.

«У меня складывается ощущение, что в Иране мы видим впервые войну, которая планируется искусственным интеллектом. Дело не только в заявлениях Трампа. Наивная публика и искушенные эксперты критикуют каждое высказывание, находя в них нестыковки, отсутствие логики или смысла. Но руководитель воюющей страны не будет давать достоверную информацию о своих будущих действиях. По всем правилам войны идет дезинформация. Роль ИИ мне видится в этом двухнедельном перемирии - довольно странном и необычном явлении», - акцентирует экономист.

Ловушка перемирия

Чукин уверен, что временная остановка огня стала для Ирана опасным фактором, обнажившим масштаб внутренних разрушений и паралич власти. Страна столкнулась с ситуацией, когда новый лидер (рахбар) фактически скрыт от правительства и народа.

«Во время драки никто не считает синяки и не думает про завтра. Другое дело - пауза. Вы вдруг получаете доклад обо всем, понимаете масштаб потерь, наваливаются проблемы: от зарплаты военным до снабжения населения. Экономика начинает кричать во весь голос. Во-вторых, есть еще более острая проблема лидерства. Нового рахбара (аятоллу Моджтаба) не только народ, но даже президент Ирана еще не видел. Моджтаба нездоров, вроде был ранен во время покушения на отца. Рахбар должен либо войти во власть, либо надо возвращаться к Временному совету», - считает экономист.

Морская блокада

США намерены применить зеркальную тактику в Ормузском проливе. Вместо защиты свободы судоходства Трамп планирует полностью перекрыть экспортный коридор для иранских судов, что означает экономический коллапс для Тегерана.

«Иран угрожал закрыть судоходство по Ормузскому проливу, а США и мир были против. Теперь президент США заявил о намерении перекрыть этот пролив, но только для иранских судов. Ирану грозит морская блокада по образцу той, что была применена в Венесуэле. Если мир получает 20% своей нефти из стран Персидского залива, то для Ирана эта цифра - 100%. Весь иранский газ и нефть проходят через Ормузский пролив. За что боролись, на то и напоролись. «Их изолировали», - говорит Алмас Чукин.

Итог

«Очень необычные и креативные повороты в этой истории, поэтому у меня и закрадывается ощущение чего-то сюрного, не от мира сего. Вот два эсминца США прошли через пролив и обратно, полностью проигнорировав предупреждения иранцев. Сигнал дан, если надо «зайдем и очистим от мин». А вице-президент заявил, что Ирану было предоставлено «лучшее и финальное предложение» и время для его обсуждения. Точка», - заключил Алмас Чукин.